главнаяпророчестваэкуменизмкалендарный вопросбогослужебный язык

Почему православному христианину нельзя быть экуменистом (основание двенадцатое, ч.3)


Смотри: начало; осн.1; осн.2: ч.1, ч.2ч.3осн.3осн.4осн.5 осн.6 осн.7;  осн.8: ч.1, ч.2, ч.3
осн.9: ч.1ч.2, ч.3 ч.4осн.10: ч.1ч.2осн.3осн.11: ч.1ч.2ч.3осн.12ч.1ч.2


ОСНОВАНИЕ ДВЕНАДЦАТОЕ: 
О ПАГУБНОМ ВЛИЯНИИ ЭКУМЕНИЗМА НА ПРАВОСЛАВИЕ

Б) ОТСТУПЛЕНИЕ ОТ СВЯТОГО ПРАВОСЛАВИЯ НЕКОТОРЫХ
ПЕРВЕНСТВУЮЩИХ ИЕРАРХОВ

В связи с этим антиканоничным постановлением Священного Синода Русской Православной Церкви (речь идет о постановлении 1969 г., согласно которому «в тех случаях, когда старообрядцы и католики обращаются в Православную Церковь за совершением над ними Святых Таинств, это не возбраняется». – Примеч. ред.) Синод Элладской Церкви счел необходимым выразить свое удивление и возмущение в специальном разоблачительном письме, постаравшись довести его до сведения и прочих Поместных Православных Церквей. В послании было справедливо замечено, что самостоятельное обсуждение и решение догматических и канонических вопросов той или иной Поместной Церковью является нарушением принятой в Православии соборной практики. Примечательно, что послание было направлено и Вселенскому Патриарху Афинагору вместе с просьбой совершить «нечто решительное», чтобы вследствие этого недопустимого отступления от истины не произошло разделения.

Можно ли предположить, что Элладский Синод, не желая прямо обличать Вселенского Патриарха в его непозволительных компромиссах в вопросах веры, воспользовался этим вопиющим случаем отступления, чтобы напомнить ему о том, что каждый православный первоиерарх должен считать своим священным долгом хранение Святой веры без пятна и порока? И можно ли было ожидать, что такое напоминание приведет к достижению желаемых результатов? К сожалению, подобные ожидания не могут иметь никакого серьезного основания, поскольку и Константинополь, как известно, совершал и продолжает совершать не меньшие отступления в области веры.

Так, 8 февраля 1971 года, примерно через год после отправления Элладским Синодом вышеупомянутого послания Константинопольскому Патриарху, Халкидонский митрополит Мелитон был принят на аудиенции у папы Павла VI и получил от него собственноручно подписанное письмо Патриарху Афинагору. В этом письме подчеркивалось, что якобы существует почти полное, хотя и еще не совершенное единство между римо-католической и Православной Церквами. Папа выразил решительное намерение сделать все возможное, чтобы ускорить наступление того дня, «в который наконец на совместно совершенной Литургии мы сможем вместе причаститься из одной Чаши Господней».

В связи с этим посланием Константинопольская Патриархия опубликовала коммюнике, в котором было заявлено, что данный документ свидетельствует о совершенном изменении исторического поведения римо-католической «церкви», что было воспринято Фанаром с удовлетворением. Это письмо римского понтифика, по мнению авторов коммюнике, стало большим событием, способным послужить базой для дальнейшего развития отношений и достижения желаемого примирения. «Не говорим единства, – сказано далее в коммюнике, – поскольку мы едины в исторической Личности Христа, не имеем в виду и органическое единство, поскольку его никогда не существовало: Восток и Запад изначально образовали пять независимых Церквей, имевших полную внутреннюю юрисдикцию и автономию. Мы говорим о возвращении к исходной точке – главенству папы по чести (говорить о главенстве по чести недопустимо, т. к. в Православии существует только первенство по чести в смысле «первый среди равных». – Примеч. авт.), как некогда. До 1054 года, когда произошло разделение, существовали многочисленные различия между двумя Церквами, часто бурно выражавшиеся и доходившие до разрыва отношений, как это было при святителе Фотии. Однако общение в церковных Таинствах и особенно в Евхаристии, в общей Чаше, несомненно, всегда сохранялось». Далее в тексте сказано, что разделение было преодолено снятием анафем 7 декабря 1965 года и что в результате римо-католическая и Православная Церкви вернулись к положению, существовавшему до 1054 года. В связи с этим авторы вопрошают: «Почему бы автоматически не вернуться и к общей Чаше, поскольку после 1054 года никаких иных важных препятствий к этому не появлялось, а существующие различия постоянно умаляются?» (Irenicon. № 2. 1971. Р. 220–221).

Таким образом, экуменисты из Константинопольской Патриархии, авторы этого коммюнике, совершили не меньшее отступление, чем экуменисты из Московской, совершенно проигнорировав догматические расхождения между католиками и православными, только умножившиеся после 1054 года. Православная Церковь всегда пребывала и пребывает верной догматам, завещанным ей древней Христовой Церковью и сформулированным на Семи Вселенских Соборах, в то время как римо-католическая «церковь», имевшая еще до 1054 года немало отступлений, в числе которых было и «филиокве» (Рим окончательно принял его в 1014 г.), после этого догматизировала и иные положения, неизвестные древней Церкви и никогда не разделявшиеся Церковью Православной. Это, в частности, догмат Тридентского собора (XVI в.) о первородном грехе, понимаемом в смягченном пелагианском духе; об оправдании делами, вменяемыми в «заслуги»; о «сверхдолжных» добрых делах святых и соответственно об индульгенциях; о чистилище; догмат о непорочном зачатии Пресвятой Девы Марии (без первородного греха), принятый папой Пием IX в 1854 году без соборного решения, и особенно догматы о главенстве и непогрешимости папы, провозглашенные обязательными «истинами» веры на первом Ватиканском соборе в 1870 году под давлением того же Пия IX.

Как же при наличии такого множества столь ошибочных нововведений в римо-католической догматике, сделанных как раз позднее 1054 года, представители Константинопольской Патриархии дерзнули утверждать, что после отпадения католиков «никаких иных важных препятствий [для евхаристического общения] не появлялось»?! До тех пор, пока римо-католическая «церковь» не откажется от своих еретических догматов, православные клирики и миряне не могут входить с ней в «интеркоммунион». В противном случае они погрешат против чистоты Православной веры и канонов Православной Церкви, что равносильно внутреннему отпадению от Православия.

В «Церковном вестнике» Болгарской Православной Церкви (1971. № 4. С. 16) сообщается, что бенедиктинец отец Дэниэл Челси посетил Румынского Патриарха Юстиниана, который возвел его в почетную степень протосингела своей Церкви, вручив ему патриарший крест – за заслуги перед Православием (!) и совершив над ним хиротесию. О смысле этой хиротесии (руковозложения) в статье не говорится. Но совершение православным Патриархом руковозложения над римо-католическим «клириком» без отречения того от ложных римо-католических учений является грубым попранием православных догматов и канонов и свидетельствует об отступлении от православного Предания, отраженного в Великом Требнике в различных чинах принятия инославных в Православную Церковь через их отречение от соответствующих заблуждений. Согласно вероустановлению Святой Православной Церкви, православный архиерей не может совершать руковозложения над еретиками. Нарушение этого правила фактически означает признание православными «рукоположений» всех «инославных вероисповеданий». А именно в этом – «взаимном признании иерархий» – заключается, в сущности, главная цель экуменического документа КЕС (плана унификации учения о Таинствах: Крещении, Евхаристии, Служении (Священстве), разработанного экуменическим «Всемирным советом церквей», – примеч. ред.).

Экуменизм поставил себе цель исказить и опорочить все Таинства Православной Церкви, и зачастую это совершается посредством высокопоставленных «православных» иерархов-экуменистов. Очевидно, приближается время, когда под влиянием экуменизма православное Таинство Исповеди будет совсем забыто, клирики и миряне начнут причащаться без предварительного очищения души от грехов посредством богоустановленного Таинства Покаяния (см.: Ин. 20, 23). Это уже происходит в Финляндской Автономной Церкви, находящейся в юрисдикции Константинопольской Патриархии. После злополучного Константинопольского совещания 1923 года, когда был введен новый календарный стиль, Финляндская Церковь приняла и католическую григорианскую «пасхалию», которой она – единственная в православном мире – держится до сего дня. А в 1971 году, в духе отступления Патриарха Афинагора, Финляндский архиепископ Павел заявил, что разрешает верующим принимать Святое Причастие без предварительной Исповеди при условии, что «духовники не возражают». Об этом писалось, в частности, в швейцарском экуменическом журнале «Интернационале Кирхенцайтшрифт» (1971. № 3. P. 128).

Чем же вызвано отступление от вековой церковной практики, требующей обязательной Исповеди перед принятием Святых Таин (см.: 1 Кор. 11, 28)? Оно совершается, конечно, не ради православных христиан, ибо им таким образом оказывается медвежья услуга ценою нарушения канонических постановлений (например, 52-го Апостольского правила и 102-го правила VI Вселенского Собора). Принять Святое Причастие без испытания совести и Исповеди – значит причаститься себе в осуждение, как свидетельствует об этом святой апостол Павел (см.: Там же, 27–29). Это – пагубное ослабление церковно-покаянной дисциплины, развращающее священников и мирян, лишающее последних возможности очищать свои сердца от грехов, а первых – налагать епитимии, благотворные лекарства для кающихся грешников. Этим гибельным отступлением практически уничтожается одно из богоустановленных Таинств Святой Православной Церкви – святая Исповедь (см.: Мф. 18, 18; Ин. 20, 23)!

Мы убеждены, что данное нововведение преследует следующие экуменические цели: 1) облегчить участие в интеркоммунионе тех римо-католиков, которым при желании причаститься в Православной Церкви пришлось бы исповедоваться и на Исповеди покаяться и отречься от своих неправильных католических убеждений и 2) устранить Исповедь как препятствие к Причащению в Православной Церкви для протестантов и сектантов, вообще не признающих это святое Таинство. Вот как в угоду экуменизму происходит профанация православных Таинств!

Экуменическая машина устроена столь хитроумно и лукаво, что она безпощадно работает на уничтожение чистоты Православия. В одной Поместной Церкви она подрывает догматику Православия, в другой – наносит удар по канонам, часто используя политические обстоятельства и отсутствие межправославных контактов, основанных на интересах Православия, а не на экуменическом давлении. А после проведения разрушительной работы в отдельных Поместных Церквах будет созван т. н. «Великий всеправославный собор», который «узаконит» различные беззакония и попущенные в отдельных Поместных Церквах отступления утвердит как норму для всех православных!

Святое Православие – это соль христианского мира (см.: Мф. 5, 13). «Православные» экуменисты ныне хотят обезсолить Православное вероисповедание, дабы соединить его с еретическими деноминациями. Многие высокопоставленные иерархи колеблются и увлекаются ветрами экуменизма (ср.: Еф. 4, 14), расшатывая догматические и канонические церковные основы. Они лихорадочно работают над достижением поставленной масонским экуменизмом задачи – интеркоммуниона – и добиваются успехов среди малодушных «православных» мирян и богословски образованных клириков, которым внушенные им под влиянием экуменического движения знания дороже велений Матери-Церкви.

Говоря об отступлениях, происходящих в отдельных Поместных Православных Церквях, мы вовсе не обвиняем в них Святую Православную Церковь как Богочеловеческий организм. Поместные Церкви могут погрешать в лице своих высших представителей и отпадать от истины. В Апокалипсисе (см.: Откр. 2–3) высказываются упреки ангелам, т. е. епископам малоазийских Поместных Церквей за их недостатки и недопустимые пороки (за исключением ангела Филадельфийской Церкви, которая сохранила Слово Божие и не отреклась от имени Божия (см.: Там же. 3, 8)). Но это вовсе не значит, что провинилась перед Господом вся Христова Церковь, которая пребывает вовек святой и непорочной (см.: Еф. 5, 27).

Вселенская Православная Церковь не раз в прошлом была колеблема волнами зловерия, но всегда оставалась незыблемой на скале вверенного ей исповедания, по заповеди святого апостола Павла: Будем твердо держаться исповедания нашего (Евр. 4, 14). Часто ей приходилось скрываться в катакомбах и пустынях, в пещерах и пропастях земных (ср.: Там же. 11, 38), но она всегда существовала – и в эпоху арианского засилья, и в годы распространения монофизитской ереси, и во время господства иконоборческого зловерия... Пусть в малом остатке верных (см.: Лк. 12, 32), но Святая Православная Церковь, как благодатная закваска, проникающая все (см.: Там же. 13, 21), пребывала непобедимой и неуязвимой перед бурями веков. Она существует и ныне и будет существовать и во времена антихриста, невидимо укрепляемая Христом Спасителем (см.: Мф. 28, 20). В ней спасались, спасаются и будут спасаться до конца мира все верные Христу чада Божии.

Эти верные вовсе не считают себя праведниками. Они глубоко чувствуют свою греховность перед Богом, постоянно каются в ней и руководствуются благодатным заветом святителя Феофана Затворника, оставленным им в письмах к своим духовным чадам: «Правдой Божией нельзя кривить. Она не наша – нам дана. Ее исповедать и всем передавать чистою, как она низошла к нам из уст Божиих, есть наш долг. Жить – плохо живем, хоть правду Божию будем проповедовать без примеси – и то хорошо!» (Еп. Феофан. Письма о христианской жизни. М., 1891. С. 94).

В том же духе высказывался великий поборник Православия святитель Марк, митрополит Ефесский: «Будем исповедовать до последнего издыхания с великим дерзновением тот благой залог Святых Отцов – Исповедание, известное нам с детства, которое мы сначала произносили и с которым, в конце, отойдем отсюда, унося с собою, если не иное что, так – Православие!» (Святой Марк Ефесский и Флорентийская уния).

Архимандрит Серафим (АЛЕКСИЕВ),
архимандрит Сергий (ЯЗАДЖИЕВ)

Перевод с болгарского языка
Печатается с сокращениями

Публикуется по изданию: 
СПб., 1992. Текст сверен 
с изданием: София, 1998; 
исправлен и дополнен редакцией 
«Православного Креста»


Источник: газета «Православный крест»





© 2010-2016. Восьмой вселенский собор.