главнаяпророчестваэкуменизмкалендарный вопросбогослужебный язык

Ферраро-Флорентийский и «великий святой всеправославный» соборы: сходства и различия


Ферраро-Флорентийский собор начался 9 апреля 1438 г. в Ферраре, а завершился 4 июня 1439 г. во Флоренции подписанием между Ватиканом и Константинопольским Патриархатом соборного документа о «соединении Церквей» под властью папы. Из всех греческих иерархов лишь один Марк Евгеник, митрополит Ефесский, несмотря на колоссальное давление, отказался подписать «соборное определение». Представлявший Русскую Православную Церковь грек митрополит Исидор подписал унию, снискал непритворную любовь понтифика и был пожалован им саном кардинала.

Может возникнуть вопрос: что общего между Ферраро-Флорентийским собором и «Великим и Святым Всеправославным Собором», проведение которого намечено на 2016 г.? Возможно ли их сопоставление и корректно ли оно?

На первый взгляд соборы совершенно разные. В первом случае собрались православные иерархи Константинопольской Церкви на собор с католическими иерархами для устранения вероучительных разногласий. На «Всеправославный Собор» съедутся исключительно представители Православных Поместных Церквей. Католики будут допущены на него лишь в качестве наблюдателей без права голоса. Однако сопоставление этих двух соборов крайне полезно и поможет лучше разобраться в сути предстоящего «Великого и Святого Собора».

На Ферраро-Флорентийский собор выехали едва ли не все греческие иерархи во главе с Патриархом Иосифом. Все они были полноправными участниками собора с правом голоса. На соборе 2016 г. иерархи будут статистами-наблюдателями. Их будет по 24 от каждой Церкви. Право голоса, согласно уже установленному и принятому регламенту, имеет лишь Предстоятель той или иной Поместной Церкви по принципу «одна Церковь – один голос». «Всеправославный собор» 2016 г. станет совещанием Предстоятелей Поместных Православных Церквей.

Получается, что Ферраро-Флорентийский собор был более демократичным и ближе подошел к тем требованиям, которые предъявляет Церковь к соборам. Если на минуту представить, что на Ферраро-Флорентийком соборе голосование осуществлялось бы по принципу «одна Церковь – один голос», тогда установленная на нем уния была бы принята. Ибо Патриарх Иосиф согласился признать католическое лжеучение и покориться папе.

Но поскольку в то время ордена иезуитов с его аморальной «моралью» и сатанинской изворотливостью еще не существовало, то латиняне допустили серьезный промах, даровав право голоса каждому из епископов собора, и согласно регламенту соборное определение не могло иметь силу, если хотя бы один епископ был против его содержания. Паписты надеялись пытками и угрозами принудить всех греческих епископов к унии с римской курией. Однако нашелся один адамант, который презрел все пытки и угрозы. Когда папе Евгению IV принесли соборный документ, он спросил:
- Подписался ли Ефесский?
Ему ответили:
- Нет.
- Тогда мы ничего не сделали! – с досадой воскликнул понтифик.

Совершенно иная ситуация складывается с собором 2016 г. Прилежный ученик и достойный воспитанник иезуитов из папского Восточного института глава собора Патриарх Константинопольский Варфоломей, видимо, учел все ошибки прошлого.

Таким образом, сопоставить Ферраро-Флорентийский собор можно лишь с соборами Поместных Церквей, которые должны предварить собор 2016 г., например - Архиерейским собором Русской Православной Церкви, намеченным на нынешний год. Но и тут сравнение будет не в пользу последнего, по крайней мере, в Русской Церкви. Греческая делегация на Ферраро-Флорентийском соборе в большинстве своем состояла из противников унии, хотя и не стойких. А у нас если и найдется хотя бы один иерарх, который, презрев страх иудейский, выступит на Архиерейском соборе против ереси экуменизма, календарной реформы и других антихристианских новшеств, навязываемых Константинополем, то его подвиг, вероятно, останется за закрытыми дверями, поскольку допуск на собор мирян и независимых наблюдателей не предусмотрен. Однако при условии сохранения верности Церкви он может стать новым Марком Ефесским.

Некогда в такой ситуации оказался бывший епископ Диомид. Но у него не хватило мудрости смиренно принять и терпеливо понести незаконное прещение. Он образовал параллельную церковную структуру и ушел в раскол.

Таким образом, мы живем в эпоху великих, в том числе и церковных потрясений. Но в то же время в такие периоды есть место подвигу выдающихся личностей – святых. И будем надеяться, что мы еще увидим подвижников, которые в апостасийных условиях XXIвека поревнуют стойкости древних отцов.

Источник: сайт "Дух христианина"





© 2010-2016. Восьмой вселенский собор.