главнаяпророчестваэкуменизмкалендарный вопросбогослужебный язык

Что должен постановить объявленный патриархом Кириллом Архиерейский Собор


«На ближайшем Архиерейском Соборе будет четко определена наша позиция по отношению к расколам и к тем нашим братьям, которые, к сожалению, эти расколы поддерживают», – заявил патриарх Московский Кирилл.

По его словам, в Русской Церкви молятся о том,

«чтобы не произошло смешение сил добра и зла в некую аморфную массу, где уже невозможно понять, где добро, а где зло, где правда, а где кривда, где канонический строй, а где попрание канонов… Мы с вами вступили в очень сложную эпоху, и успех нашего прохождения через эти испытания во многом зависит от внутреннего состояния нашей Церкви. Чем крепче будет наше единство… в диалоге с мировым Православием, тем успешнее будут наши действия», – пояснил Предстоятель РПЦ.

Итак, если мы правильно прочувствовали решительность патриарха, наступило время отделения зёрен веры от плевел того «вселенского» зла, которое вот уже сто лет несётся в ограду Церкви с Фанара (некогда главной городской помойки Константинополя).

И пора на предстоящем Архиерейском Соборе твёрдо указать всему мировому Православию на это зло. Как на ересь, губительную для всей Церкви земной.

Как показал порочный опыт уступок Экуменическому патриарху Варфоломею в Эстонии, Северной Америке, да и – вплоть до 2018 года – на Украине, компромиссами и вразумлениями это зло не удержишь. Время уговоров прошло, и на это указывает упоминание Патриархом Кириллом о тех «братьях» (в первую очередь из Элладской и Александрийской Церквей), которые уже оказались заражены вирусом признания нового – восточного – папизма.

И если носителей этой ереси как заслуживших отлучения от Церкви не осудит предстоящий Архиерейский Собор, то и не удастся предотвратить «смешения сил добра и зла в некую аморфную массу, где уже невозможно понять, где добро, а где зло, где правда, а где кривда, где канонический строй, а где попрание канонов». То есть кончины Православия на Земле.

О претензиях Варфоломея на верховную власть в Православии и истории возникновения восточного папизма мы писали.

Амбиции не «первого среди равных», но первого по власти посягают на иерархичность 2000-летней структуры Церкви. В Ней каждая Автокефальная Церковь, находясь в евхаристическом единстве с другими Поместными Церквами, является самостоятельной в управлении. В Православной Церкви нет и никогда не было единого административного и/или духовного центра, если не считать таковым институт Вселенских Соборов, последний из которых созывался 1232 года назад.

Первенство же чести выражается в том, что при упоминании Предстоятелей Церквей на богослужении имя патриарха Константинопольского произносится первым. Сейчас это не более чем дань тому периоду истории Церкви, когда Константинополь был столицей Православной империи.

Сегодня нет не только Ромейской империи, но даже Константинополя. Тем не менее в случае сослужения с другими Предстоятелями Стамбульский патриарх – старший. Он же является председательствующим (но не более чем спикером) на собраниях Предстоятелей. При этом Предстоятель Константинопольской Церкви не имеет права обращаться к внешнему миру от имени всей православной полноты, если не уполномочен на то ВСЕМИ Поместными Церквами.

Против попыток присвоения кем бы то ни было властных полномочий на всеправославном уровне выступали святые Киприан Карфагенский (III век), Амвросий Медиоланский (IV в.), Иоанн Златоуст (IV в.), Иероним Стридонский (IV-V вв.), Авит Вьенский (V в.), Григорий Двоеслов (V в.), Целестин Римский (в V в. ставивший под сомнение даже первенство чести), Герман Константинопольский (VIII в.), Нил Солунский (напоминавший, что даже первенство чести – не более чем обычай, вполне подлежащий изменению).

И ни один святой не выступал за введение первенства власти! Ведь данный «примат» – покушение на саму природу Церкви. На её соборность, закреплённую в Символе веры.

Ересь против главнейшего принципа Церкви

Единая Святая Апостольская Церковь – соборная, ибо в административном отношении управляется соборным разумом всего церковного народа, который делегирует свои полномочия выбранным участникам поместных Соборов (мирянам, белому священству и монашествующим, в том числе иереям и архиереям).

На общеправославном уровне Церковь руководствуется решениями Вселенских Соборов, на которых епископ любой церкви имел голос, равный по весу любому Патриарху любого Патриархата. И уж тем более никакой папа/патриарх (включая Константинопольского) не имеет власти над какой бы то ни было поместной церковью.

«Если лишь один епископ будет называться "вселенским", то вся Церковь обрушится, если этот "вселенский" падет. Но прочь, прочь от меня слышание подобной глупости!» – писал святитель Григорий Двоеслов, Римский Папа той эпохи, когда Папы были ещё православными.

«Может ли быть главою всей земной церкви и распоряжаться участью земною и загробною – папа, человек грешный? Разве папа распинался за нас? – вторил римскому святителю спустя полторы тысячи лет праведный Иоанн Кронштадтский. – Разве твердым основанием Церкви, существующей через все века, может быть человек, так сказать, однодневный и непрестанно изменяющийся, наподобие калейдоскопа, в мыслях, расположениях, намерениях, предприятиях? Прочитайте историю Пап: каковы они были? Много ли было из них вполне достойных своего седалища? И только в первые века было несколько достойных, а в последующие века сколько было недостойных и порочных к стыду всей римской церкви! Это ли главы церквей?»

Попрание главенства Христа в Церкви

«Если бы Иисус Христос имел в виду дать церкви Своей, по вознесении на небо, другого главу вместо Себя, или наместника, как говорят папы, считая себя наместниками Христа на земле, то Он ясно объявил бы об этом прежде Своего вознесения, ибо это столь важный для спасения душ человеческих догмат, – продолжает св. праведный Иоанн Кронштадтский. – Да и апостолы бы объявили об этом или себя кто-либо из них назвал наместником, а то никто из них не обмолвился, памятуя слова Господа: кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою (Мф. 20, 26), все же вы – братья (Мф. 23, 8)».

«Я с вами во все дни до скончания века», – сказал Христос (Мф. 28:16). Так зачем же ему тогда наместник? И зачем кто-то объявляет себя Главой или «Президентом тела Православия» (Варфоломей, 2018).


Предшественник Варфоломея Патриарх Константинопольский Герман II (1222 – 1240 гг.) также решительно отвергал «дерзновенный поиск преобладания и господства в Церкви»:

 «Глава Церкви есть Христос, всякое же домогательство главенства противно Его учению».

И в новое время Константинопольские Патриархи подтверждают недопустимость первенства власти в Церкви. В частности, в Томосе Восточных Патриархов (1663 г.), в Окружном послании Восточных Патриархов (1848 г.), в Окружном послании Константинопольской Церкви (1894 г.). Наконец сама «Кормчая книга» (свод законов Константинопольского Патриархата) специально акцентирует на первенстве чести как единственно возможном «примате» в Церкви.

Да и сам Варфоломей ещё в 2007 году настаивал на «первенстве почетном, в любви, не являющимся юридическим главенством над всей христианской Церковью».

Однако уже через год правая рука и наиболее вероятный преемник Варфоломея Елпидофор (ныне архиепископ Американский) заявил:

 «Отказ принять примат в Православной Церкви… – это не менее чем ересь».

Вот и определились, слава Богу! Да, мы – православные для них, папистов и криптокатоликов, – еретики! Тем легче нам отлучить их от Православия. Ибо, как лаконично подвёл итог всей этой тысячелетней полемике святитель наш Игнатий (Брянчанинов), «папизм присваивает папе свойства Христовы и тем отвергает Христа».

Преступление против Духа Святого

Взгляды на природу Церкви отцов Церкви не могли не быть закреплены в канонах – постановлениях Вселенских Соборов.

3-е правило II Вселенского собора (381 г.) в переводе на современный язык гласит:

«Константинопольский Епископ имеет преимущество чести после Римского Епископа, потому что этот город есть новый Рим».

То есть даже правом чести (ни о какой власти речь вообще не идёт) Рим и Константинополь наделяются лишь как столицы существовавшей тогда империи. Этот вывод подтверждает 28 правило IV Вселенского Собора (451 г.):

«…престолу древнего Рима наши предшественники дали преимущества как граду императора. Руководствуясь теми же соображениями… предоставили равные преимущества святейшему престолу нового Рима (справедливо рассудив, что город, имеющий честь быть городом царя и сената, и имеющий равные преимущества с древним царственным Римом, и в церковных делах должен быть возвышен соответствующе), и будет вторым за ним…».

Отрицают «первенство власти», указывая на чисто административный (а не догматический) характер первенства чести также правила: 6 I Вселенского собора, 2 II Вселенского Собора, 36 VI Вселенского собора и 34-е Апостольское правило.

А апостолами и отцами Вселенских Соборов, по Преданию, Дух Святой водил. Папизм (восточный и западный) – хула на Духа Святого. Она, по слову Самого Христа, «не простится ни в сем веке, ни в будущем» (Мф. 12:31–32).

Следовательно, «в веке сем» Архиерейский Собор просто обязан вынести вердикт о том, что Варфоломей как хулитель не только Духа Святого, но Сына и Церкви заслужил высшую меру наказания – отлучения от Спасительной Церкви. Вместе со всей своей «братвой» (епископатом), а также подельниками Иеронимом и Феодором.


Дмитрий Скворцов

Источник: Информационное агентство «Информ-Религия»






© 2010-2016. Восьмой вселенский собор.